Ваня Белов, 1998г.
То ли давно, то ли недавно жили-были в Летней Школе три Педагогических Работника: Старший, Средний и Младший. Старший был опытный и умный Педагогический Работник, Средний был и так и сяк, Младший вовсе Зондер был. Работали они старательно: Старший на планерках речи пламенные говорил, Средний слушал его с умным видом, а Зондер работал как лошадь, спал как конь, да на звезды по ночам глядел. И вот однажды упала ему на голову шишка, и понял он, что ничего в Педагогической Работе не понимает. Схватился тогда за голову Зондер, и заплакал: - Ах, я бедный, ах я несчастный! Ничего я не понимаю в Педагогической Работе! Побежал он к Старшему Педагогическому Работнику, рассказал о своем горе, и попросил все ему объяснить про Педагогическую Работу. - Штука такая, - сказал Старший Педагогический Работник, поправил очки и выкатил глаза, - ничего я тебе про Педагогическую Работу объяснять не буду, блин. "Блин" означает следующее. Это означает, что вместо этого я дам тебе волшебный клубочек, ты его бросишь на дорогу, куда он покатится, туда и иди. Приведет он тебя, натурально, к правильным людям, и эти правильные люди тебе все как следует и растолкуют. Зондер взял волшебный клубочек у Старшего Педагогического Работника и бросил его на дорогу. Клубочек поглядел по сторонам и быстро покатился по асфальтовой тропинке. Зондер побежал за ним. Долго бежал Зондер за клубочком, аж запыхался. Наконец, добрались они до дорожного камня. Тут клубочек остановился, достал носовой платок и основательно высморкался. - Ну вот, - сказал он, вытирая нос, - я тебя довел. Теперь сам решай, куда дальше идти. - Постой, а где те правильные люди, о которых говорил Старший Педагогический Работник? - удивился Зондер. - Не знаю, чего он тебе наговорил, но я всех довожу только до камня. Дальше все просто: идешь сперва прямо, потом налево и в конце направо... или нет, сперва налево, потом направо и потом уже прямо? Короче, представь, что у тебя есть последовательность из трех направлений: прямо, налево и направо. Путем циклической перестановки можно получить три различных варианта. Так вот, один из них - правильный. Клубочек спрятал платок, плюнул в кусты и покатился обратно в Школу. - М-да, с таким провожатым и в трех Шпаковых запутаешься! - угрюмо произнес Зондер и принялся изучать надпись на дорожном камне. Надпись гласила: "Пойдешь налево - детей разлюбишь, пойдешь прямо - детей побьешь, пойдешь направо - дети побьют тебя". - Ни чего себе, альтернатива! - сказал Зондер и задумался, куда же идти. Направо он сразу решил не ходить (Кому охота, чтоб его били?). Прямо он тоже не пошел, потому что не хотел никого бить, в особенности детей. А пошел Зондер налево: - Эка невидаль! Подумаешь, детей разлюблю! Я их и так не очень то... Налево вела широкая лесная дорога. Долго ли коротко ль, шел по ней Зондер, пока, наконец, не встретил Чугунного Дровосека. Дровосек сидел на пеньке и с аппетитом кушал зеленый болгарский перец. Топор лежал рядом. - Здравствуй, Дровосек, - сказал Зондер. - Здравствуй, Зондер, - сказал Дровосек. "Где-то я его видел" - подумал Зондер, и спросил: - А откуда ты знаешь, что я - Зондер? - А я все про тебя знаю, - ответил Чугунный Дровосек, - я даже знаю, куда ты идешь. - Да ну! И куда же? - Ясен перец, - сказал Чугунный Дровосек и полез в карман. Зондер поглядел на перец. Действительно, ничего загадочного в нем не было. Перец, как перец. Зондер хмыкнул и пожал плечами. Чугунный Дровосек тем временем достал из кармана соль и продолжил: - Ты идешь, чтобы разлюбить детей. Ты решил, что так тебе будет проще всего. - Чугунный Дровосек бросил огрызок перца в кусты, поднял топор и подошел к дереву. - Но ты не прав. - Почему? - Потому что, - проговорил Чугунный Дровосек, смачно всаживая топор, - детей надо любить, без этого никак. Запомни это, Зондер, и не ходи сюда больше. Дровосек продолжал рубить. Зондер постоял немного рядом, да и пошел обратно, к дорожному камню. Дойдя до камня, Зондер опять стал думать, на что решиться: побить детей или позволить детям побить себя? В конце концов, нежелание быть битым победило. - Я побью их не сильно, совсем чуть-чуть, - решил про себя Зондер. Он помедлил еще немного и пошел прямо, по широкой тропе, заросшей с обеих сторон кустами. Но не прошел он и ста метров, как услышал в кустах подозрительное шуршание. Зондер остановился, и стал всматриваться. Из кустов высунулась курчавая человеческая голова, и прошептала человеческим голосом: - Эй, ты кто? - Я? Зондер - тоже прошептал Зондер. - А ты кто? - Я - Миха. А что ты тут делаешь? - Иду детей бить, - сказал Зондер. - А почему мы шепчемся? Тут Зондер услышал крики. На дальнем конце тропы появились двое. Они бежали и размахивали руками. - Ой! Кто это? - спросил Зондер Миху. Но Миха исчез - только ветка покачивалась. Двое подбежали к Зондеру и, отдышавшись, спросили: - Слушай, ты здесь Миху не видел? - Миху? А зачем он вам? - Как зачем? - удивились двое, - поймаем и морить будем. На то ведь мы и Михоморы. - Нет, я его не видел, - твердо соврал Зондер. Он почему-то не хотел, чтобы Миху морили. - Слушай, - сказал старший Михомор, пристально глядя на Зондера, - а ты сам случайно не Миха? - Да! Ты сам случайно не Миха? - поддакнул младший. - Нет, что вы, какой я Миха! Я Зондер, я иду детей бить. Возникла пауза. - Детей?! - Бить?! И оба Михомора в ужасе кинулись прочь. Зондер поглядел им вслед и ухмыльнулся. Из кустов опять высунулась Михина голова и сказала: - Спасибо, что не выдал. Только не нужно тебе здесь ходить. - Он опять перешел на шепот. - Понимаешь, детей не надо бить, даже если это Михоморы. Битые дети, когда вырастают, бьют других. Запомни это и выбери себе другую дорогу. Вдалеке опять раздался крик Михоморов. - Удачи! - сказала Михина голова и опять исчезла. Тяжело вздохнув, Зондер неторопливо побрел обратно, к дорожному камню. Оставался только один путь, самый неприятный. - В конце концов, - подумал Зондер, - это ведь только дети. Что они мне могут сделать? Направо от дорожного камня вела дикая заросшая тропинка. Собравшись с духом, Зондер осторожно вступил на нее. Однако ничего страшного не происходило, и через некоторое время он успокоился. Вскоре, Зондер вышел на полянку, залитую солнцем. Посреди полянки стояла песочница, и в ней возились два голеньких малыша. Зондер обрадовался и подошел к ним. - Привет! - улыбнулся он малышам. - Пйивет - сурово ответил один из них. - Это вы что ли меня бить будите? - Не-а, не мы, - сказал малыш, прихлопывая ладошкой песок в ведерке, - мы с тобой не сплавимся. - А кто? - А вон, они. Малыш отложил совочек, сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. На поляне появилось шестеро небритых детин с дубинами, и быстро окружили Зондера. Самый небритый детина широко улыбнулся щербатым ртом и коротко сказал: - Здрасте. - Постойте, постойте, - испугался Зондер, - на дорожном камне было написано, что дети побьют меня. Дети, а не амбалы. Щербатый улыбнулся еще шире: - А мы и есть дети, только большие. Слыхал, как говорят: "Он большой ребенок"? Так это про нас. - А может, меня все-таки эти дети побьют? - Зондер показал на малышей. - Не, им тебя не одолеть. - Ну, я могу поддаться. Лягу на землю, и пусть они меня пинают, как хотят. - Не, не пойдет, - сказал щербатый, и поднял дубинку... * * * Сознание возвращалось к Зондеру медленно. Затылок отчаянно болел, перед глазами плавали огненные пятна. Наконец, пятна разошлись, и он увидел чье-то круглое встревоженное лицо. - Привет. Ты кто? - слабым голосом спросил Зондер. Незнакомец заулыбался. - Живой! А я лечу, гляжу - лежит, ну, думаю, помер. Нет, живой. На-ка хлебни настойки волшебной. Зондер хлебнул, поперхнулся и сел. Невдалеке стояла ступа с помелом. На ступе было написано "Toyota". - Колдун, - представился круглолицый. - Зондер, - ответил Зондер. - Очень приятно. Что же с тобой случилось? - Меня дети побили, - он поморщился, - большие. - А, эти могут. Этим пальца в рот не клади. Знаешь, дети могут побить так, как никакому взрослому и не снилось, особенно если у тебя есть места, куда бить. Улавливаешь мой намек? - Кажется, да, - отозвался Зондер. - Ну что, - спросил Колдун немного погодя, - сам идти-то сможешь, или подбросить? Зондер приподнялся и осторожно встал. Когда земля стала крутиться медленней, он сделал несколько неуверенных шагов. - Наверное, смогу. - Ну ладно, тогда я полетел, а то опоздаю. Не позволяй детям бить себя! Колдун завел ступу и улетел. А Зондер побрел обратно в Школу, ругая Старшего Педагогического Работника разными нехорошими словами. - Вот борисюкин сын, отправил меня черти куда, ведь я еле ноги унес! И это у него, блин, называется "правильные люди". Интересно тогда, ёшкин кот, какие "неправильные"?! Так Зондер доплелся, до Школы и у ворот встретил Среднего Педагогического Работника. - Представляешь, - сказал ему Зондер, - какой наш Старший Педагогический Работник нехороший человек, оказывается. Послал меня бог весть куда. Я мало того, что никуда не попал, меня еще и побили по дороге. Совершенно зря пошел, да и без толку. - Как это без толку? - удивился Средний Педагогический Работник. - А вот так - без толку. Абсолютно. - Ну, ты ведь чему-то научился, что-то понял. - Да уж! Я понял, что наш Старший Педагогический Работник - : - Это я уже слышал, а еще? - Еще? Ну-у-у: Э-э-э-э: Что детей надо любить, - вспомнил вдруг Зондер. - Вот. А еще? - Еще, э-э-э, что детей не надо бить. - А еще? - Что, э-э-э, нельзя детям позволять бить себя. - В каком это смысле? Это чтоб дети не били тебя, или чтоб дети не били себя? - ехидно спросил Средний Педагогический Работник. - Не знаю. Но "правильные люди" объяснили мне том смысле, чтоб дети не били меня. - Ага, - усмехнулся Средний Педагогический Работник, - вот видишь, как ты много новых вещей понял, значит, совсем не зря ходил. Лицо Зондера просветлело. - И то верно! Обрадовался Зондер, что не зря его побили, и побежал детей любить. И любил он их долго и счастливо, и уехал с ними из Школы в один день. Правда, в следующей Школе у него опять возникли разные вопросы, "но это уже совсем другая история". |
